01:39 

Фильм: "Компенсация"

"Компенсация": а ну-ка, девочки…
19 августа 2010 - 14:52


Фильм - Компенсация Режиссер Вера Сторожева и сценарист Наталья Назарова компенсируют, как могут, отсутствие жизни в форматном кино.

Жила-была в подмосковной провинции семья: папа (Гоша Куценко) – простой перегонщик машин, мама и две дочки. Когда одной было шесть, а другой всего год, папа их всех бросил. То ли новая любовь, то ли жажда другой самореализации… но просто выбросил их всех троих из своего сознания и подсознания. Теперь папа занят строительным бизнесом (история умалчивает, как ему удалась подобная смена деятельности – ну так ведь это кино), живет в Москве, страшно богат, у него новая жена и маленькая дочь: "Десять лет, говорит, – абсолютного счастья".

А у подросших дочерей из первой семьи никакого счастья нет. Мама умерла от рака – с этого и начинается наше с ними знакомство; девочки случайно увидели в глянцевом журнале снимки папы с новой семьей и в "полном шоколаде", им стало обидно за свое небогатое детство. А может, обидно за то, что у них не было папы (хотя, судя по всему, они жили тяжело, но дружно). Короче говоря, сработал стародавний закон кинематографа и жизни, по которому девочки ищут отца. Множество фильмов с такой завязкой сюжета.

Наши героини, проявив отменную сообразительность, вычисляют, где можно в огромном городе найти папу: на фотографиях их младшая сводная сестренка – с виолончелью, в тексте написано, в какой школе она учится, значит, подъедем к школе – папа наверняка встречает дите после занятий. Дедуктивный метод срабатывает с первого раза (и в этой логике больше процент кино, чем реальности), но папа своих выросших дочерей, да еще надевших красивые "кукольные" платья, просто не узнает.
Тогда смертельно обиженная старшая, наслышанная – вот примета наших дней – про кражу детей ради выкупа, а также про моральную компенсацию как таковую, устраивает похищение девятилетнего ребенка. И затем по уличному телефону (знает, что надо маскироваться) требует у папы по миллиону себе и средней сестре в условных единицах за пропавшее детство.

Уж извините, что приходится пересказывать, раскрывая интригу, но иначе в данном случае никак. Сразу скажу, что фильм – динамичный, эмоциональный, местами даже трогательный, местами забавный; передаю вам лишь общую канву. Картина неплохо смотрится: физически – легко. Если не вдумываться в суть по ее ходу. Но подспудное ощущение неправды все время присутствует.

После сеанса продолжим размышлять.
Фильм распадается на две части. Первая – три сестры. Младшенькая Надя (Анфиса Медведева) – сущее чудо: умница, живая, хорошенькая, посуду мыть умеет (даром, что дочка богача, подчеркивают нам). Она совсем не виновата в плохом папином поведении. Это обстоятельство вроде бы осознает средняя сестра – вроде как двенадцати-тринадцатилетняя Кристина (Полина Куценко; в рекламных целях героиню, сыгранную дочерью звездного папы, выдвигают на первый план, но это не так). У Кристины слабое сердце, была даже операция; еще она подрабатывает на кроличьей ферме и жалеет кроликов, подлежащих убиению. Для Кристи насильственное похищение стало шоком.
Старшая, Лена (Ирина Горбачева) – по виду, семнадцати-восемнадцати лет, занятия не указаны, – в своей ненависти к папе удержу не знает. До такой степени, что для нее Надя не живой человек и тем более не сестра, лишь предмет шантажа. Что можно понять: ответственность за себя и за Кристю – на Лене, она элементарно боится не справиться.

Именно Лена главная героиня картины. Из ее прошлого нам становится известно только одно: девушка уже наигралась в эльфов и лесных братьев (которые бегают по лесам и "троллей мочат"), но с легкостью пользуется услугами их всемогущей сети (вот еще примета времени). Сеть так устроена, что не задает вопросов. Надо тебе ключ от московской квартиры перекантоваться – получи, нужна баночка эфира – возьми, однако ответственность за свои поступки несешь ты сам, а не дядя-начальник (хоть диктатор, хоть избранный сетью – не суть).
И вот Лена устраивает жестокие игры не понарошку. У каждой из трех сестер своя правда, но история сочинена так, что в некий момент каждая из них становится транслятором зла.

Меж тем, папу мучает не только похищение любимицы, но и ненависть к старшим дочерям, устроившим такую гадость. Папа-магнат поднял на ноги столичных сыщиков, они сидят на прослушке телефонов (с ненавистью сидят: внутренне рады, коли у "кошелька" несчастье; еще одна яркая деталь наших будней), чтобы обнаружить сестер-киднепперов, а сам он тем временем глушит виски. А что еще глушить?..
Виски пригождается, потому как именно в этот момент по сценарию на папу сваливается известие, да еще в циничной форме, про измену любимой жены. Тут в полный рост начинается другая часть картины – кара судьбы. Описывать эти перипетии, осложненные появлением следователя, который ведет себя несусветно нагло, не стану: они кажутся избыточными, даже лишними для основной истории.
Что бы поменялось в ней, если бы второй брак папы оказался удачным? Да ничего. "Наказание" папе придумано для того, чтобы месседж картины понял всякий ребенок или тупенький взрослый: зло не только породит зло, но вернется к зачинщику. Иностранное слово "компенсация" по-русски звучит как "расплата".

Девочки вполне справляются со своими ролями; особенно хороша Ирина Горбачева – у нее небанальное лицо и сдержанный, скрытый темперамент. Увы, Гоша Куценко запоминается лишь вытаращенными глазами, а героине Любови Толкалиной, изображающей вторую жену папы, я не верю: ребенка украли, а женщина будет оправдываться перед нелюбимым мужем за свое распутное поведение?..
Проблема фильма в том, что вот таких неточных моментов, а также "вычисленных" для нужд сюжета деталей слишком много. Они подрывают доверие в происходящее. Вот, скажем, сестры едут в Москву на машине, оставшейся, мы понимаем, от папы и десять лет простоявшей в гараже. Если они так бедствовали, как нам говорят, то почему не продали ее? Старшая даже научилась водить, что и делает весьма уверенно "по прямой", хотя в самом начале имеется эпизод ее неуверенной парковки, что ли, который должен свидетельствовать: она давно не садилась за руль.

"Действуй плавно и неумолимо, – советует ей соседка в машине, – как ты клизму ставишь", и эта реплика, лучшая в фильме, говорит о состоянии мейнстрима в нашем нынешнем кино. Плавно и неумолимо нас стараются убедить в том, что нет больше никаких "киноповестей" (обычный вид советского кинематографа), которая вся страна не устает смотреть по телевизору, а есть жанровое кино со своими законами. В данном случае, криминальная драма.
Готова согласиться. Но почему же в аналогичных голливудских фильмах двадцатилетней давности сценарий и постановка в целом выверены до миллиметра, настолько, что напряжение нарастает к финалу и мы уходим в слезах, а новое отечественное кино такого же формата мечется между полной бесстрастностью героев, эмоциональной непроницаемостью картин и вот такими сконструированными продуктами? Их авторы к тому же слишком явно озабочены тем, чтобы понравиться зрителю, который заранее считается не вполне взыскательным и даже не вполне догадливым. А как иначе расценить слова закадровой песни "моя война… я ненавижу слепо…", которая возникает аккурат после требования Леной выкупа? Прямое настырное толкование, вот и все.
Что за этими недочетами – спешка, которая не дает отладить сценарий? Малый бюджет, не позволяющий иметь достаточно времени для съемочного процесса? Чрезмерная самоуверенность авторов, отсутствие свежего взгляда со стороны? В каждом случае всего понемножку, полагаю. В итоге на экране одни за другими – иллюстрированные более-менее живыми картинками благие намерения, не ставшие художественно цельным произведением.

Все же два момента подлинного кино в картине есть. Один – когда мужской хор (Сретенского монастыря, как указано в титрах) поет знаменитый кусок из моцартовского Реквиема, и музыке по мере сил отвечает панорама по лицам хористов – вот славянское, вот китайское, негритянское, латинское… Весь мир поет Лакримозу, мысленно аплодируем мы достойно сложенному образу, поддержанному профилем старшей сестры, освещенном как на полотнах старых мастеров. (Увы, в следующую же секунду слеза на щеке слушающей хор Лены вынуждает нас осознать, что она простила папу и никаких денег ей уже от него не нужно; так насильственно-быстро и примитивно решается основная моральная коллизия картины.)
И второй момент – когда машина с сестрами замирает на обочине дороги, камера поднимается и мы, через окошко в крыше, видим их освещенные лица…

Осталось обратить ваше внимание на то, что фильм сделан Верой Сторожевой ("Небо. Самолет. Девушка", "Греческие каникулы", "Путешествие с домашними животными", "Скоро весна") по сценарию Натальи Назаровой ("Внук Гагарина", "Слушая тишину", "Ранетки") – женскими руками и, во многом, о женщинах. Недавний фестиваль в Выборге, где "Компенсация" стала фильмом открытия, вообще свидетельствовал о возвращении героинь на экран – в то время, как феминизация режиссерской профессии идет уже несколько лет.

На фестивале, разумеется, были разные по степени удачности картины. Но в целом – гораздо меньше, чем обычно, мужских стрелково-драчливых забав, а больше реальной, земной, "чувствительной" жизни. Что меня очень обнадеживает, не скрою. Нашим сценаристам и режиссерам нет другого пути, как догонять Голливуд (лучшие образцы, конечно) не только в экшн-жанрах и полнометражной анимации.

Так что заголовок этих заметок читайте как откровенный призыв.

URL
Комментарии
2010-08-25 в 20:48 

consolo
подхожу; критически
в рекламных целях героиню, сыгранную дочерью звездного папы, выдвигают на первый план, но это не так— выдвигают, но это не так. не понял.
Хотелось бы посмотреть, но "пропихивание" немного отпугивает.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Фильмы, кино – рецензии Ольги Шервуд

главная