"НИКА", сохрани(сь)-ка!
11.04.11, 13:31

Российская национальная кинопремия НИКА В московском Театре оперетты 7 апреля в 24-й раз прошла церемония награждения лауреатов национальной премии Российской Академии кинематографических искусств "НИКА".

На следующий день запись церемонии демонстрировалась по каналу СТС. Редкий зритель, полагаю, долетел даже до середины показа – решительно невозможно сидеть до половины третьего ночи ради интриги, которую не переживаешь, в отличие от участников процесса, как смертельную.
И решительно невозможно понять руководство наших главных телеканалов. Одни игнорируют "НИКУ" по известным псевдополитическим мотивам (в оппозиции к старейшей и главной кинопремии страны и СНГ пребывает Никита Михалков со своим "Золотым Орлом", что уже всем скучно-смешно, однако ж до сих пор имеет реальные последствия).
Другие ставят церемонию глубоко заполночь – считают, что отечественным кино массовый зритель не интересуется. При этом кинотелефункционеры всех уровней твердят о необходимости противостоять засилью Голливуда всеми способами. Но если зрителя нет, зачем столько рекламы впихивать? А уж если впихивать, то почему одну и ту же, одну и ту же?

Признаюсь, и я не смогла досмотреть, хотя хотела сравнить смонтированную версию со своими впечатлениями от длиннющего, с семи до двенадцати, вечера в Театре оперетты, где награждение проходит уже несколько лет. (Центральный Дом кинематографистов, где когда-то автор и худрук "НИКИ" Юлий Гусман был директором, теперь вотчина все того же Михалкова как председателя СК). За четверть века церемония абсолютно устоялась, но Гусман со своей командой старается хоть что-то да придумать неожиданного и эффектного.


Нынче таким, совершенно блестящим, моментом стал номер Лолиты Милявской. Вы видели? Выходит Лолита в белом хитоне (а ля Алла Борисовна в молодости, но это неважно), поднимает-разводит руки в стороны, поет давний шлягер "Значит, ты пришла моя любовь…"… – а на получившийся таким образом белый квадрат, будто на экран, проецируются кадры из фильмов. Номер задуман как представление претендентов в номинациях "Лучшая мужская роль" и такая же второго плана. Поэтому женщина поет про любовь, а у нее на груди, на животе и ниже, до ступней, крупно – лица мужчин, фигуры мужские… Почти все они, так сложилось, – в ситуации боя, войны, напряжения, драмы. И вот уже перед нами словно какая-то сверхженщина, или Мать-Земля, или Белая Богиня Космоса…

Сильный, неожиданный, уместный, необязательный ("немотивированный") образ… редкость по нынешним временам. Еще один был предъявлен в минуту большой эмоциональной силы, когда вышел Владимир Кристовский и спел "Проститься" – ту самую песню, которую не так давно группа Uma2rmaN записала вместе с Людмилой Гурченко. На экране пошли кадры с участием великой актрисы, зал встал, прожектор высветил яркий круг на черной сцене – он пуст, ее место здесь навечно свободно.

"НИКА" всегда умела проститься и помянуть – всех, кого не стало за минувший год. Обычно звучит целый скорбный список (большинство академиков уже пожилые люди), но внезапный уход последней всенародно любимой актрисы, прошлогоднего лауреата премии "За честь и достоинство", очевидно, будто вобрал в себя остальные потери. Гурченко, что всем понятно, – последняя наша общенациональная звезда, и словосочетание "заканчивается эпоха" в данном случае не банальность, а истина. Сама премия "НИКА", столь счастливо придуманная почти четверть века назад, отчаянно сохраняется кинематографическим сообществом как память о годах перемен, которые теперь правильнее было бы назвать скромно – второй оттепелью.

В первую, 50 лет назад, человек полетел в космос и был придуман КВН (оба события яркий шестидесятник и знаменитый кавээнщик Гусман вспомнил в поставленной церемонии). Тогда народ жил надеждами; власти позволяли студентам шутить в прямом эфире над собой, вышли "Балтийское небо", "Алые паруса", "Мир входящему", "Человек-амфибия" и "Полосатый рейс".
Про вторую в среде заслуженных кинематографистов принято считать, что она во многом спровоцирована как раз ими; куда же делась эта "провокативность" сообщества? "Молодые штуцерщики" (из рассказика Жванецкого самых застойных времен) и примкнувшие к ним оппозиционные Михалкову старики в прошлом году организовали новый Киносоюз – чтобы отмежеваться от старого СК и бороться за свои права перед (а не "с") государственной машиной, точнее – попытаться навязать ей свои желания. Вот амбиция, порожденная и допускаемая убогой нынешней эпохой, требующей не романтизма в творчестве, но менеджерства, маркетинга и правовой помощи; кто из нас сумел вырваться из нее?

Кажется, что я отвлеклась, но на самом деле – это все размышления о "НИКЕ", которая настоящие свои итоги будет подводить через год. Пора подумать об аккуратном апгрейде, но нынче явно не до него. Пока задача – сохраниться и сохранить. "Двадцать пятая церемония таки состоится" – вот дословная цитата из слов директора Автономной некоммерческой организации кинематографистов "НИКА" Игоря Шабдурасулова в самом финале вечера.
Они прозвучали после того, как я уже увидела прежде тут не замеченных награждантов – представителей бизнеса, которые обменяли свой спонсорский вклад в церемонию на минуту перед микрофоном в ночном телеэфире. Не ерничаю, а рада, что таковые люди нашлись; Гусман, называя спонсоров, горько не шутил: "Мы ведь никому не нужны". Все вместе продемонстрировало мне, все же не московскому человеку, что эта самая АНОК "НИКА" живет непросто: на внутренних резервах, (вероятно) помощи минкульта и, не грех повториться, святым духом товарищества. Всегда весьма специфического в творческой среде, но все же реального в кино, где в одиночку ничего сделать нельзя, судьба фильма зависит от профессиональных и человеческих качеств буквально каждого человечка в съемочной группе (а индустрия при этом рухнула от эгоистичной жадности, так сказать, верхушки – новоявленных продюсеров прежде всего).

За очевидные усилия поддержать дух все же благородства – а значит, сам российский кинематограф – "НИКУ" и ценят, о чем на сцене и говорят. Что не мешает любому участвовать в упомянутом конкурсе "Золотого Орла", управляемого, всем очевидно, в ручном режиме. Насколько "НИКА" свободна от аналогичной "политики"? – каждый наблюдатель решает для себя сам. То есть, либо верит в честность голосования, либо нет. Но большинство из нас считает, что здесь работает другой механизм: 600 с лишним академиков "НИКИ" в большинстве своем из-за возраста имеют консервативные взгляды, кино смотрят мало, отдают голоса преимущественно тем коллегам, кого знают лично. И больше ценят в фильме его моральность, нежели художественную форму. (Ничего оригинального: то же самое мы думаем про Американскую киноакадемию.)

Все это в который раз подтвердили нынешние результаты голосования.
Лучшим неигровым фильмом оказалась картина "Мой друг доктор Лиза" Тофика Шахвердиева (в кино с 1969 года). Это качественный традиционный фильм-портрет замечательного человека, врача и благотворителя, каких мало, и автор естественно восхищается своей героиней. Однако в номинантах был "День шахтера" Андрея Грязева (в кино с 2008) – вторая часть дилогии о совсем негероических людях, их в нашей стране миллионы. Они бьются за свою жизнь ежедневно – надеясь лишь на чудо, поскольку больше не на что – в упрямом беге по кругу бедного, больного, нередко криминального, порой гибельно-наркоманского существования.

Режиссер-самородок Грязев уже в первой части дилогии ("Саня и Воробей", 2009) сумел избежать барьера между героями и камерой. Теперь он продолжает эпопею Сани и его близких, которые сами рассказывают о себе и действуют в кадре предельно, даже шокирующе, откровенно. Грязев как автор гораздо более активен наблюдателя Шахвердиева: находит и показывает в своих героях то, что в полном мраке нищеты и убожества не превращает их в животных, – любовь друг к другу и мечту о лучшей доле. Работа молодого документалиста сложнее и современнее и по манере, и по смыслу. Но "НИКУ" отдали известному автору.

У знаменитого режиссера-аниматора Гарри Бардина их уже пять – вместе с нынешней за "Гадкого утенка". Самому стало неловко, извинился перед двумя другими номинантами – Валентином Ольшвангом ("Со вечора дождик...") и Алексеем Деминым ("Шатало") – они заранее были обречены на проигрыш. Бардин сказал, что на новые фильмы в своей карьере надеется, но выставляться на соискание "НИКИ" больше не станет. Пример для подражания.

Подробно останавливаюсь на этих двух номинациях из-за того, что документалистика и анимация – особые, элитарные виды кинематографа, где профессионально-призовое внимание художнику важнее, чем в кино игровом. Ибо при нашей системе кинопоказа неигровики и мультипликаторы отлучены от зрительской аудитории, а значит – лишены ее поддержки.
Игровое кино лишило себя аудитории собственноручно, многие годы выпуская на публику фильмы невнятные, убогие, непрофессиональные. Сообщество осознает этот факт, но вполне шизофренически. В честь уже упомянутого 50-летия "веселых и находчивых" Гусман пригласил на сцену этнического кавээнщика Семена Слепакова. Тот вышел с гитарой, сообщил, что он как продюсер сделал "пока только один фильм – "Наша Russia: яйца судьбы", который вы все не любите", и спел, "решив обидеть не кого-то одного, а всех сразу", песенку о месте ("где уютно и тепло, и приличное бабло"), в котором пребывает наше кино. Честно засунув туда и свой опус.

Ничего нового, разумеется. Открытым текстом сие узкое и темное место было названо, как вы помните, еще в фильме "Изображая жертву" КириллаСеребренникова (2006). С тех пор ситуация усугубилась, отрасль пытаются спасти иной схемой финансирования, перестановками в минкульте, "пробитием" вменяемых законодательных актов и тайными интригами. Пока не получается; впрочем, самый крупный эксперимент (учреждение и деятельность Фонда поддержки кино) даст первые результаты еще через год.
То ли в ожидании их, то ли изрядно уже разуверившись в шансе на коллективное спасение, то ли просто надоела сия невкусная констатация, но ответ Слепакову был дан вялый и нерешительный, нечего и процитировать. Да и сами результаты голосования в "игровых" номинациях, увы, по нескольким позициям весьма огорчили.

Лучшим игровым фильмом оказался "Край" режиссера Алексея Учителя и продюсера Константина Эрнста. Первый в счастливом забытьи назвал статуэтку "НИКИ" игрушкой, чем вызвал отповедь Гусмана. Второй аккурат на время трансляции церемонии поставил в эфир восхитительный "Тюльпан" Сергея Дворцевого (2008, Главный приз программы "Особый взгляд" в Канне), который был выпущен только осенью 2010-го и в такой ограниченный прокат, что остался вовсе не замечен и "НИКОЙ", и "Золотым Орлом", а оценен одним лишь критическим "Белым Слоном".

Появление Эрнста в гостях у Гусмана моими коллегами расценивается как взаимное примирение сторон; даже пишут, что "НИКА" к 25-летию вернется на Первый канал, бросившись, так сказать, с "Края". Но приятнее думать, что всесильный Эрнст, узнав о коллективном решении академиков и просчитав изменения атмосферного фронта, повернулся лицом в сторону более сильной части кинематографического сообщества – если уместно это понятие, морально более сильной.

Оператор "Края" Юрий Клименко и актер Владимир Машков (главная мужская роль) тоже получили по "НИКЕ"; вполне адекватно. Итого у "Края" три статуэтки из девяти номинаций. В самой главной с ним соперничали:
- "Брестская крепость" Александра Котта: семь номинаций, три премии и в итоге – художнику-постановщику и художникам по костюмам – Алиму Матвейчуку, Сергею Стручёву и Владимиру Корецкому соответственно; звукорежиссерам Филиппу Ламшину и Анатолию Белозерову. Понимайте так: простые патриотические фильмы в эстетике и духе "соцреализма" нынче предпочтительнее сложных и неоднозначных произведений реализма критического.
- "Кочегар" Алексея Балабанова: пять номинаций, и всё; очевидно – слишком художественно и социально радикален для академиков.
- "Овсянки" Алексея Федорченко: семь номинаций, награды за сценарий Денису Осокину и за музыку Андрею Карасеву; обе справедливые, на мой взгляд.
- "Как я провел этим летом" Алексея Попогребского: шесть номинаций, заслуженная в принципе статуэтка за лучшую режиссуру.

Нина Русланова приняла премию за женскую роль в "Китайской бабушке" Владимира Тумаева, Ирина Муравьева награждена за работу второго плана там же. Актрисы прекрасные, а картина, мягко говоря, неважная. Явно голосовали, как и было сказано, "по знакомству". Аналогично – "НИКА" Евгению Миронову за роль второго плана в фильме "Утомленные солнцем. Предстояние" Никиты Михалкова.

"Зато" в номинации "Открытие года" точно выделили режиссера Дмитрия Мамулию за дебют "Другое небо". Специальный приз Совета Академии "НИКА" за вклад в кинематографические науки, критику и образование получил историк кино и педагог Армен Медведев. "НИКУ" в номинации "За честь и достоинство" под овации зала принял Сергей Юрский.
В своей речи он сообщил слегка опешившей аудитории, что никогда не имел никаких конкурсных наград и даже номинаций (и правда – только пара-другая почетных). А главное, говорил о фильмах, которые когда-то перевернули душу. "8 ½" Феллини, например. Читал посвященное творческим мукам Гвидо Ансельми стихотворение.

Зал слушал, но уже так, будто ему рассказывали о картине Леонардо в Эрмитаже: ну да, шедевр, но мы-то здесь при чем?